Некошерное

Рахель-Эфрат смотрит кино и спрашивает:
-Мама, кто такие "хасилоним" -
- Шримпс, говорю.
- Знаю, но не понимаю.
- Креветки.
- Не понимаю.
Полезла за Брэмом, Рахель мне не поверила, что это съедобно, и что все это так красиво завется.

(no subject)

Почему-то мне иногда кажется, что все вокруг сплошная фата-моргана, издержки жизни в пустыне что ли?
Дыхнешь и все, что раньше было вполне незыблемым возьмет и растает, как снежок.
Верила в течении многих лет, что умирать по собственной воле не прилично, правда и сама была иногда на неприличие готова, но это по молодости. Вот так.